И тут же его охватило острое желание выпить. Бутылка, почти полная, стояла рядом, в нижнем ящике, до нее ничего не стоило дотянуться. Но он удержался.

Да, он честолюбив, но в первую очередь он военный, и не просто военный, а командир. От его решения зависели жизнь и смерть людей. Все, что он сейчас предпримет, должно иметь жесткое логическое обоснование. Он не может совершать поступки, которым впоследствии не сумеет дать объяснения.

Эскадрон «И» разбит, полковник Уэбб погиб — таковы факты. Килроун мог быть изменником, но Пэддок не хотел идти на поводу своих подозрений. Тем не менее забывать о них не следует.

К этому времени Меллетт уже, наверно, разбил лагерь. Дай Бог, чтобы он выбрал достаточно защищенное место для стоянки и обследовал местность вокруг, пока еще светло.

Бэнноки не будут атаковать эскадрон, пока он находится в лагере, им хорошо известно, каков солдат Меллетт. Они попытаются напасть на него на марше, наверно, ближе к конечной точке пути. Но будут постоянно следить за ним, так что времени у Пэддока очень мало.

Он уже решил, что сам поведет эскадрон. Его шанс там — на поле битвы, а не здесь, за столом. Ему был отчаянно нужен Гус Риболт. На этого твердого, надежного, стопроцентного солдата он мог бы спокойно оставить форт. Но лейтенант Риболт и еще шесть человек сопровождали повозку с деньгами и должны вернуться только через три дня. К этому времени вся острота момента спадет и дело уже решится так или иначе…

Пэддок знал, что для победы, по-настоящему решающей победы, ему потребуется несколько человек. И он пришел к решению забрать всех и оставить форт без прикрытия. Мужчина при необходимости должен идти на риск, и майор хотел рискнуть, предположив, что бэнноки захотят сначала покончить с Меллеттом и эскадроном «М», а уж потом нападут на форт. Он старался не думать о другом варианте, как и о Дениз, кроме того, что делает все во имя нее.