Жара, пыль, нещадно палящее солнце.

— О Боже! — тихо произнес он. — Фрэнк Белл Пэддок!

Открыв дверь дома, где размещался штаб, мужчина вошел внутрь.

Вся жизнь Бетти Консидайн была связана с армией. Единственная дочь генерала Пэта Консидайна и племянница Картера Ханлона, капитана и военного хирурга, она воспитывалась в соответствии с армейским уставом. Ей уже пришлось пожить в десятке разных фортов, а после смерти отца она переехала к тете и дяде. Бетти была в курсе всех гарнизонных сплетен и хорошо знала, как, впрочем, и все остальные, историю майора Фрэнка Белла Пэддока.

Если незнакомец так отреагировал на присутствие здесь майора, то он, вероятно, встречался с ним раньше, но довольно давно. После войны Пэддок считался одним из самых блестящих офицеров, подавая большие надежды и уверенно глядя в будущее. Но с тех пор с неизменным постоянством опускался все ниже и ниже, сохраняя единственное пристрастие — к бутылке. И, наконец, год назад очутился в новом, временном и самом отдаленном форте.

Разговор с незнакомцем пробудил у Бетти Консидайн любопытство, и она задержалась под навесом лавки маркитанта.

Привыкшая к мужскому обществу, Бетти не проявляла никакого интереса ко второй половине человечества, но незнакомец в потрепанной одежде, который знал Фрэнка Белла Пэддока в годы его славы, заинтриговал ее.

Если этот человек знал Пэддока, то они скорее всего встречались либо на Востоке, либо в Европе, но более типичного представителя американского Запада она никогда не видела. Он мог быть и военным… хотя по его внешности такого не скажешь.

Жизнь майора Фрэнка Белла Пэддока для всех окружавших его представляла собой открытую книгу до какого-то момента, однако было в ней что то, случившееся в Париже, о чем никто ничего не знал, но догадки строили все.